Читальный зал
23 июля

Я не настоящий

Мне в жизни очень не повезло. Всю жизнь меня окружают люди, которые занимаются чем-то настоящим. А я, как нетрудно догадаться – представитель двух самых бессмысленных, надуманных и ненастоящих профессий, которые только можно придумать – программист и менеджер.

Моя сестра – учитель в школе. Плюс, разумеется, классный руководитель. Другая моя сестра – врач. Ее муж, естественно, тоже. Мой отец – строитель. Настоящий, который строит своими собственными руками. Даже сейчас, в свои 70 лет.

А я? А я – программист. Делаю вид, что помогаю всяким бизнесам. Бизнесы делают вид, что я им и правда помогаю. Еще бизнес делает вид, что бизнес – это люди. Помогая бизнесу, я помогаю людям. Не, вообще, это, конечно, люди. Только их можно по пальцам перечислить. Ну, тех, кому я помогаю, когда снижаются издержки, растёт прибыль и сокращается персонал.

Конечно, есть – а может, и «наверное, есть» — на свете настоящие программисты. Не те, которые «тру», а те, труд которых помогает людям – обычным людям. Но это не про меня и не про мою профессию. Да, забыл отметить: я – программист 1С.

Любая автоматизация любого бизнеса – это не настоящая работа. Бизнес – вообще явление достаточно виртуальное. Сидели какие-нибудь парни, работали, и вдруг решили, что так дело не пойдет, и надо делать дело, а не на дядю горбатиться. Нарыли денег, или связей, основали компанию, и пытаются заработать.

Ну да, есть – или, «наверное, есть» — у бизнеса какая-то социальная миссия. Они любят так говорить – мол, мы создаем рабочие места, делаем мир лучше, производя свои продукты, налоги платим. Но всё это, во-первых, вторично, а во-вторых – не уникально.

Каждый бизнес создает рабочие места, производит продукты и платит налоги. Ни количество рабочих мест, ни объемы производства, ни размер выплат государству никак не характеризует бизнес с точки зрения его «настоящести» по моей шкале. Ну и, в конце концов, всё это идет вторым эшелоном главной цели – зарабатывания денег для собственников.

Заработали денег – отлично. При этом сумели придумать себе какую-то социальную миссию – прекрасно, срочно внесите в рекламный буклет. Когда собственник пойдет в политику – пригодится. А про то, какой полезный для всего мира йогурт мы производим, итак реклама рассказывает.

Раз бизнес, как объект автоматизации, не настоящий, то и автоматизация, как улучшение этого объекта, настоящим быть не может. Все люди, работающие на предприятии, посажены туда с одной целью – помочь заработать побольше денег. С аналогичной целью в бизнес привлекаются подрядчики. Все дружно зарабатывают деньги, помогая друг другу зарабатывать деньги.

Не, я не проповедник-голодранец, и понимаю, как устроен наш мир. Процентов 99 времени я на эту тему вообще не парюсь. Тем более, что за работу и программиста, и менеджера весьма неплохо платят.

Но мне ужасно неловко бывает оказаться в компании настоящих людей. См. выше – я в такой компании оказываюсь каждый день. И с искренним удовольствием, чуть ли не открыв рот, слушаю истории об их работе. А о своей мне рассказать, по сути, нечего.

Как-то я оказался на отдыхе вместе с сестрой и ее мужем. Она – терапевт, он – хирург. Они тогда жили в маленьком городе, где в наличии было всего два хирурга. Длинные теплые вечера коротали за беседами, и каких только я рассказов не услышал. Например, как после крупного ДТП привезли зашивать девять человек, на одного дежурного хирурга.

Что особенно поразило – рассказывал он это совершенно спокойно, без присущим таким как я, менеджерам, наигранной эмоциональности и попыткам приукрасить историю. Ну да, девять человек. Ага, зашивать. Ну, зашил.

Я с детской наивностью спросил, как он себя чувствует, спасая жизни людей. Говорит, поначалу пытался как-то осознать, а точнее – заставить себя осознать, что делает что-то действительно полезное и ценное. Мол, я спас человеку жизнь. Но, говорит, так никакого особенного понимания и не пришло. Просто работа такая. Привезли – зашил. И пошел домой, когда смена закончилась.

С сестрой поговорить было проще – ее очень интересовала тема карьерного роста, а я в то время был ИТ-директором, и мне было, что рассказать. Хоть какая-то отдушина, хоть чем-то я сумел быть им полезен. Рассказал ей не сформулированные тогда еще карьерные стероиды. Она, кстати, потом стала зам. главврача – видимо, есть у нас что-то общее в характере. А муж ее так и зашивает людей. А потом идет домой.

Постоянным источником мук стала профессия другой сестры, которая учитель. Я частенько слушаю про ее класс, про растущих на ее глазах детей, про их подростковые проблемы, кажущиеся им такими важными и неразрешимыми. Поначалу не вникал, но, когда прислушался, стало интересно.

Каждый такой рассказ стал как прочтение хорошей художественной книги, с неожиданными поворотами сюжета, глубоко проработанными характерами героев, их поисками и перерождениями, трудностями и успехами. Это, своего рода, сеанс настоящей жизни в череде моих псевдоуспехов, псевдопровалов и псевдотрудностей. Я буквально ей завидую белой завистью. Настолько, что сам порываюсь пойти работать в школу (чего я, разумеется, никогда не сделаю по финансовым соображениям).

Еще упомяну отца. Он всю жизнь прожил в деревне, и всю жизнь проработал строителем. В деревне нет корпораций, команд, рейтингов и отзывов. Там есть только люди, и все эти люди друг друга знают. Это накладывает определенный отпечаток на всё, что там происходит.

Например, там в почёте мастера своего дела – те, которые делают дело собственными руками. Строители, механики, электрики, даже убийцы свиней. Если ты состоялся, как мастер, то в деревне не пропадёшь. Собственно, поэтому отец когда-то отговаривал меня от профессии инженера – говорил, что я сопьюсь, слишком востребованная в деревне специальность, ввиду полного отсутствия каких-либо мастерских по ремонту.

В нашей деревне сложно найти хотя бы один дом, к строительству которого не приложил бы руку мой отец. Есть, конечно, постройки его возраста, но, начиная годов с 80-х, он поучаствовал почти везде. Причина простая – кроме обычного строительства, он стал печником, а в деревне печку строят в каждом доме, не говоря уже о каждой бане.

Печников в деревне было мало, и отец, говоря моим языком, занял нишу и развил свое конкурентное преимущество. Хотя, и дома строить продолжал. Даже я как-то поучаствовал в качестве субподрядчика – за 200 рублей протыкал мох между брусьями сложенной коробки. Не смейтесь, это был 1998 год.

И в строительстве печки пару раз поучаствовал, на правах «принеси, подай, иди дальше, не мешай». Самый забавный момент во всем проекте – первый раз эту печку затопить. У нее начинает дым валить изо всех щелей, и надо сидеть и терпеливо ждать, пока дым «найдет» выход. Магия какая-то. Через несколько минут дым находит трубу, и следующие несколько десятков лет будет выходить только через нее.

Естественно, отца знает почти вся деревня. Почти – потому что сейчас там поселились много людей из соседнего города, ради чистого воздуха, леса через дорогу и прочих деревенских прелестей. Живут и не знают, кто им сложил печку, баню, а, может, и весь дом. Что, в общем, нормально.

Вот это «нормально», странным образом, отличает всех знакомых мне настоящих людей настоящих профессий. Они просто работают, делают свое дело и живут себе дальше.

В нашей среде принято строить корпоративную культуру, заниматься мотивацией, измерять и повышать лояльность персонала, учить речёвки и проводить тимбилдинг. У них нет ничего подобного – всё как-то просто и естественно. Я всё больше убеждаюсь в мысли, что вся наша корпоративная культура – не более чем попытка убедить людей в том, что их работа имеет хоть какой-то смысл, кроме зарабатывания денег для собственника.

Смысл, цель, миссия нашей работы выдумывается специальными людьми, печатается на бумажке и вывешивается на видном месте. Качество, убедительность этой миссии, ее способность вдохновлять всегда на очень низком уровне. Потому что задача, решаемая написанием миссии, виртуальная, не настоящая – убедить нас, что помогать собственнику зарабатывать деньги – почётно, интересно, и вообще, мы таким образом реализуем свою личную миссию.

Ну хрень же полная. Есть конторы, где такой ерундой не парятся. Тупо делают деньги, не заморачиваясь шелухой, не пытаясь натянуть сверху красивое одеяло миссии и вклада в развитие общества и государства. Да, это непривычно, но хотя бы без обмана.

Пообщавшись с настоящими людьми, переосмыслив свою работу, я, к великому своему удовлетворению, стал проще относиться к работе. На корпоративы я давно не хожу, все «кодексы сотрудника», дресс-коды, миссии и ценности с превеликим удовольствием игнорирую. Не пытаюсь с ними бороться, это не правильно – раз собственник решил, что все должны ходить в розовых футболках с Мэйбл и единорогом, это его личное дело. Только я буду ходить в желтой футболке. А завтра – в красной. Послезавтра – не знаю, как душа попросит.

Переосмыслил я и свою работу по повышению эффективности. Вообще, я давно и серьезно болен этой темой, но всегда ставил во главу угла бизнес. Мол, надо повышать его эффективность, в этом есть смысл и миссия.

Надо, конечно, если это – моя работа, если меня наняли именно для этого. Но, обычно, эта деятельность является второстепенной, она идет прицепом к какой-либо «обычной» работе. Следовательно, является не обязательной, и даёт широкий простор для творчества.

Вот я и проявляю творчество. Теперь мой главный акцент – повышение личной эффективности сотрудников на работе. Не для того, чтобы бизнес больше зарабатывал, хотя эта цель тоже достигается, но – прицепом. Главная цель – повышение доходов сотрудников. Тех, кто этого хочет, разумеется.

Каждый человек ведь, придя на работу, всё равно там проторчит весь день. Время, проведенное в офисе – его затраты, и они постоянны. А деньги и компетенции, которые он заработает – его результат. Делим результат на затраты, получаем эффективность.

Дальше всё просто. Затраты, т.е. время на работе, снизить вряд ли удастся. А вот получить больше результата – еще как. И эффективность растёт. Грубо говоря, это – эффективность «отсидки», т.к. работа – это вынужденная необходимость, если без прикрас.

Конечно, уровня «настоящести», который есть у врачей, учителей и строителей, мне не достичь. Но хоть кому-то помогу. Живому, грустному, веселому, проблемному, неопрятному, красивому, взбалмошному, угрюмому, но настоящему – Человеку.

Или податься-таки в школьные учителя? Во врачи-то поздно, а строителем не получится – руки из жопы растут.
Только зарегистрированные пользователи могут участвовать в опросе.Войдите, пожалуйста.
Годится ли текст для профильного хаба «Управление персоналом»?
46.81% Годится 323
53.19% Не годится 367
Проголосовали 690 пользователей. Воздержались 177 пользователей.

+46
66,6k 108
Поддержать автора
Комментарии 246