23 January

История микропроцессора и персонального компьютера: 1974 — 1980 годы

History of ITOld hardwareCPU
Translation
Original author: Graham Singer
image

Часть 1: 1947-1974 годы

Дуополия Intel и Motorola приходит к неожиданному завершению


Процессор Intel 8080, как и его предшественник 8008, страдал от задержек в разработке, но позже был признан одним из чипов, оказавших самое большое влияние в истории. Руководство компании сосредоточилось на высокоприбыльном рынке памяти и в частности на готовых системах памяти, совместимых с доходным рынком мейнфреймов.

Разработка 8080 началась только в середине 1972 года, спустя шесть месяцев после того, как Федерико Фаджин начал убеждать руководство Intel в необходимости его создания. К тому времени начали зарождаться потенциальные рынки для микропроцессоров. Ранее в основном считалось, что микропроцессоры должны сосуществовать с доминирующими и более мощными мейнфреймами и миникомпьютерами. Компьютеры по-прежнему рассматривались как дорогой инструмент для бизнеса и исследований, а рынки для нового поколения относительно дешёвых персональных машин и промышленных контроллеров не существовали и во многих случаях никто и подумать не мог об их возможности.

8080 был выпущен в апреле 1974 года. Из-за задержек на ранних этапах разработки основной конкурент Intel — процессор Motorola 6800, тоже столкнулся со своими проблемами адаптации чипа и техпроцесса n-МОП к одному входу на 5 В (процессору 8080 требовалось три отдельных входа напряжения), из-за чего его выпуск был отложен почти на семь месяцев. Благодаря отсутствию непосредственного конкурента, Intel была на новом рынке практически одна и ей нужно было только найти покупателей с воображением, способных увидеть его возможности.


Тед Хофф демонстрирует процессор Intel 8080.

Остальные части пазла — операционная система и удобный для потребителей корпус — тоже делали свои первые шаги. Intel наняла Гэри Гилдалла, имевшего Ph.D. по проектированию компиляторов и преподававшего в Postgraduate School ВМФ США, для написания ПО, которое должно было эмулировать (тогда ещё не изготовленную) систему 8080 на миникомпьютере DEC PDP-10. Это ПО Interp/80 было дополнено зеркалированием на высокоуровневый язык программирования XPL (который в то время использовался на мейнфреймах) под названием PL/M.

Килдалл ускорил процесс, собрав систему из комплекта разработки Intellec-8 и добавленного привода гибких дисков, которая устраняла длительные задержки, связанные с телетайпным способом ввода данных в системе ввода-вывода миникомпьютера DEC с разделением времени. Полученный от системы Intellec-8 код позже превратится в CP/M (Control Program for Microcomputers) — доминирующую в течение следующих семи лет операционную систему, которую позже заменила MS-DOS. Ко времени появления MS-DOS было продано 500 тысяч компьютеров с операционной системой CP/M, и их могло быть намного больше, если бы история пошла немного по другому пути.

Килдалл предложил CP/M компании Intel за 20 тысяч долларов, но компания отклонила предложение. Её не интересовала операционная система, запускавшаяся с диска, да и вообще любое не связанное с бизнесом ПО в целом. Продажи CP/M изначально ограничивались парой пользователей: японской Omron Corporation и Lawrence Livermore Labs. Третий покупатель Килдалла, IMSAI, сделала CP/M доминирующей в течение семи последующих лет операционной системой для персональных компьютеров.

Когда началось массовое производство Intel 8080, Эд Робертс, владелец небольшой компании Micro Instrumentation and Telemetry Systems (MITS), изначально ориентировавшейся на пользователей любительского радио и ракетного моделирования, ради выживания своей компании обратил внимание на близкое ей движение любителей компьютеров.

Производство последнего проекта MITS — комплекта для сборки простого калькулятора — началось как раз тогда, когда Texas Instruments выпустила собственный ассортимент более дешёвых и сложных моделей, убивший множество мелких компаний. Робертс быстро переключился на идею заработка на интересе, продемонстрированном комплектом Джонатана Титуса Mark-8 «собери свой микрокомпьютер», который недавно получил большую популярность в среде фанатов электроники.

Робертсу удалось заключить сделку о покупке 8080 по 75 долларов за процессор (по прайслисту Intel продавала их за 360 долларов, как и Motorola свой 6800). Он изготовил Altair 8800, использующий платы компонентов, вставляемые в общую плату, спроектированную MITS. По критериям любой потребительской электроники комплект был очень грубо изготовлен и предназначался для любителей и новой волны студентов специальностей, связанных с компьютерами.

Как сказано выше, процессор Intel 8008 дал Джонатану Титусу стимул к созданию собственного компьютера. Получившийся у него Mark-8 был представлен в выпуске Radio-Electronics Magazine за июль 1974 года; в статье излагались инструкции по сборке и список производителей деталей, потому что компоненты любители должны были приобретать сами. В январском выпуске Popular Electronics за январь 1975 года появилась статья об Altair 8800.


Эд Робертс ожидал, что его компьютер купит несколько сотен любителей. На самом деле статья в журнале привела к появлению тысячи заказов, а за шесть месяцев количество выросло до 5 тысяч и к декабрю 1976 года составило 10 тысяч. Для MITS это не было такой неожиданной удачей, как может показаться.

Базовая стоимость системы сделали низкой, чтобы стимулировать продажи, а прибыль закладывалась в дорогие опции расширения аппаратных возможностей. Этот подход был основан на сослужившей хорошую службу IBM стратегии, действовавшей по крайней мере до тех пор, пока не упали цены на память и Intel не начала продавать совместимые с IBM System/360 системы памяти DRAM. Та же проблема возникла и у MITS, когда любители начали предлагать более дешёвые (и часто более надёжные) альтернативы собственным продуктам MITS. Это началось с совместимого с Altair четырёхкилобайтного модуля ОЗУ, изготовленного членом Homebrew Computer Club Робертом Маршем.

Статья в Popular Electronics сразу же впечатлила Билла Гейтса и Пола Аллена, которые немедленно обратились в MITS с предложением написать для машины собственную программу BASIC. Гейтс, Аллен и Монте Давидофф, писавший процедуры для работы с числами с плавающей запятой, создали в феврале готовую к демонстрации Altair BASIC.

Первый язык программирования, написанный специально для персонального компьютера, начал поставляться с Altair (или опциями расширения машины) по цене 75 долларов или за 500 долларов как отдельный розничный продукт. Почти сразу же появились пиратские бутлег-копии, что заставило Билла Гейтса написать в январе 1976 года (печально) известное "Открытое письмо любителям". Билл Гейтс придал Micro-Soft образ, соответствующий собственным взглядам — компания не стыдилась заниматься бизнесом тогда, когда бОльшая часть эпохи принадлежала предпринимателям-энтузиастам.

Копирование перфоленты Altair BASIC ознаменовало зарождение традиции очень быстрого пиратского распространения нового ПО, за которым последовали заявления продавцов ПО о космических убытках. Micro-Soft Билла Гейтса и Пола Аллена продолжила адаптировать BASIC под требования Amiga и Commodore, Radio Shack, Atari, IBM, NEC, Apple и множества других систем.

Altair 8800 продемонстрировал громкий успех, и не в последнюю очередь потому, что на момент появления реальных конкурентов у него не было. IMS Associates быстро клонировала Altair под маркой IMSAI 8080, использовав вместо BASIC производную от CP/M операционную систему.

Спустя год после выпуска своей машины IMSAI обрушила продажи Altair, забрав 17% рынка персональных компьютеров (22% у Altair). Новые системы Processor Technology SOL-10 и SOL-20 (тоже на основе Intel 8080), как и Southwest Technical Products 6800 (на базе Motorola 6800) захватили ещё 8% процентов рынка.

Быстрый выпуск, качественный дизайн и довольно низкая сложность производства обеспечили высокую популярность Intel 8080, несмотря на то, что он был менее мощным Motorola 6800. Motorola и Intel в основном рекламировали 8080 и 6800 промышленным и бизнес-покупателям.

В то время развлекательный аспект компьютеров на основе микропроцессоров ещё не был реализован. Домашние консоли, такие как Magnavox Odyssey и её духовный предшественник Atari Pong, оставались неизвестными широкой публике, поэтому Intel и Motorola нацелились на рынок промышленных и бизнес-терминалов с его прибыльными контрактами на поставку дополнительных устройств и поддержку. Следующий год покажет, какой потенциал заложен в компьютерных развлечениях.

1977 год стал переломным для отрасли, потому что дуополии Motorola и Intel на рынке персональных компьютеров наступил внезапный конец. Процессорные отделы обеих компаний отделились и реорганизовались. Фракция внутри отдела проектирования Motorola под руководством Чака Педдла призывала компанию производить более дешёвые 6800. Цена в 300-360 долларов ограничивал сферу их возможного применения; Педдл видел в этих процессорах возможности создания более дешёвой альтернативы в компьютерах для начинающих и недорогих промышленных системах.

Чак Педдл, Билл Менш и ещё пятеро их коллег-инженеров ушли из управляемого Томом Беннеттом отдела проектирования Motorola 6800 и начали своё дело в MOS Technology — ещё одной компании-производителе чипов, серьёзно пострадавшей в войне цен на калькуляторы, начатой Texas Instruments. Они начали реализацию своего видения модернизированного и более дешёвого 6800, через 11 месяцев после выпуска 6800 объявив о производстве серии MC6500. При цене в 25 долларов процессор 6502 был не только урезанной версией 6800 (и 8080/8085), но и обеспечивал меньший по сравнению с продуктом Motorola брак благодаря требовавшему меньшей точности процессу производства.

Пути ведущего архитектора 8080 Федерико Фаджина и Intel тоже разошлись вскоре после выпуска чипа. Фаджина всё больше раздражал микроменеджмент Энди Гроува; к тому же его очень рассердило то, что руководитель проекта Intel Лес Вадаш получил патент (и славу) на изобретение Фаджина — утопленный контакт, важнейший этап в производстве MOSFET-транзисторов. Усугубилось всё тем, что Intel считала микропроцессор не более чем компонентом комплекта, который можно использовать для продажи памяти.

Фаджин и его коллега-инженер из Intel Ральф Унгерманн ушли из компании в конце 1974 года, чтобы реализовать собственное видение, основав компанию Zilog, названную в честь Ундерманна (слово Zilog было своего рода акронимом слова logic, где последнюю букву заменили на «Z»). С компанией быстро вышла на контакт крупнейшая нефтяная компания Exxon с предложением о вложении средств.

За 51% доли компании Exxon заплатила 1,5 миллиона долларов. Двое основателей компании быстро приступили к реализации улучшений в архитектуре 8080, а затем предложили переработанный чип компании Intel. Intel отказалась от предложения, полагая, что заключение договора с бывшими сотрудниками будет стимулом для других инженеров последовать примеру Фаджина.


Z80 компании Zilog был выбран в качестве процессора для Tandy (Radio Shack) TRS 80. (Фото: Maximum PC)

Первый чип Zilog — Z80 был спроектирован всего за девять месяцев тремя лишь тремя ведущими инженерами (Фаджином, Унгерманном и пришедшим к ним из Intel Масатоси Сима), парой разработчиков и системных инженеров, и небольшой группой графических художников, создавшей литографическую схему чипа. Проектирование было завершено к декабрю 1975 года, а сам чип производился в Mostek — молодом стартапе, образованном сотрудниками Texas Instruments, который в начале эпохи интегральных схем будет конкурировать с Intel и превзойдёт её в производстве DRAM.

Как и MOS Tech 6502, процессор Z80 было проще встроить в систему, чем Intel 8080, и он оказался дешевле, чем 8080 и последовавший за ним 8085, а также Motorola 6800. Благодаря этой простоте и низкой стоимости, Z80 был выбран для использования в Tandy (Radio Shack) TRS 80, а 6502 начал долгую историю сотрудничества с чрезвычайно популярной компанией Commodore (которая вскоре приобрела MOS Technology) в её модели PET 2001.


Процессор MOS 6502. Код даты из четырёх цифр показывает, что он был создан в 37-ю неделю 1984 года. (HWHunpage)

MOS 6502 нашёл себе место и в линейке компьютеров Apple — ещё одном проекте, оказавшем огромное влияние на индустрию. Страстный поклонник электроники и член Homebrew Computer Club Стив Возняк уговаривал своего работодателя, Hewlett-Packard, заняться разработкой персональной компьютерной системы. Этот архетипичный любитель-хакер всего за пару месяцев собрал в свободное от работы время первую материнскую плату Apple I. Однако олицетворением компании Apple, создавшим её собственный стиль, отличавшийся от образа отличался от привычного образа производителя машин для хобби, оказался другой человек. Возняк стал катализатором возникновения Apple Computer, а Стив Джобс сформировал компанию, определив её стратегию и образ.


Стив Джобс и Стив Возняк работают над Apple I под управлением процессора MOS 6502. Хотя, строго говоря, компьютер всё ещё был комплектом для сборки, потому что покупателю нужно было искать корпус и периферию, материнская плата продавалась в полном сборе.

Если Стиву Возняку нравилось создавать компьютеры, то Стив Джобс был влюблён в идею их продажи. Ему не хватало технических знаний электроники и вдохновения Возняка, зато он обладал сильным бизнес-чутьём и увидел потенциал в новом рынке электроники. Объединившись с Возняком (который был его коллегой по Hewlett-Packard) и Рональдом Уэйном (покинувшим Apple несколько недель спустя), они приступили к созданию 200 компьютеров Apple I в гараже родителей Джобса, призвав на помощь пару старшеклассников. Спустя 10 месяцев после выпуска в июле 1976 года непроданными остались только 25 машин.

Работа компьютерных компаний того времени определялась инженерами и их мастерством. Публичный образ большинства компаний отражал то, что в основном они имеют дело с другими компаниями или инженерами государственных органов. В начале-середине 1970-х годов стильность была очень слабо связана с уровнем продаж компьютеров и даже пугала, считаясь какой-то фривольностью. Стив Джобс сделал стиль основной движущей силой продаж Apple Computer, начиная от разноцветного логотипа Apple до рекламы, направленной на специалистов в области бизнеса, искусства и наук.

Кроме того, он осознал, что многим компьютерным компаниям того времени не хватало полной инфраструктуры. Изрядное количество фирм продавало продукцию через почту или некоторые сетевые розничные магазины, а не в специализированных компьютерных магазинах. Большинству пользователей приходилось применять смекалку при поиске (или написании) программного обеспечения и устранении проблем с оборудованием. Стив Джобс видел Apple как компанию, предоставляющую полный комплект: продажи, техподдержку, ПО и периферию, чтобы работа с компьютером была как можно более беспроблемной и профессиональной.

Apple I стал ценной проверкой этой концепции, но для совершения следующего шага компании нужен был капитал. Возняка и Джобса познакомили с Майком Марккулой — другом Роберта Нойса, недавно по указанию Энди Гроува уволенным из отдела маркетинга Intel. В обмен на треть компании Марккула вложил 91 тысяч долларов собственных денег и предоставил кредитную линию на 250 тысяч.

Возняк приступил к усовершенствованию конструкции и созданию Apple II, ставшего первым в мире финансово успешным персональным компьютером. Apple II, в котором снова был использован процессор MOS Tech 6502, обрёл гораздо более широкую аудиторию; частично это было вызвано тем, что, вопреки возражениям Джобса, Возняк настоял на добавлении в проект компьютера множества разъёмов расширения.

Восемь разъёмов позволяли использовать сопроцессоры — платы расширений, первой из которых стала SoftCard с Zilog Z80 и дисковой копией Microsoft BASIC за 349 долларов, выпущенная в марте 1980 года. За ней последовали аналогичные опции расширения с Motorola MC6809 (OS-9), Intel 8088 (CP/M-86 и MS-DOS), а позже — с Motorola 68008.

Кроме того, разъёмы расширений обеспечивали широкие возможности подключения устройств, от приводов гибких дисков до звуковых карт, контроллеров последовательной шины, приводов и дополнительной памяти. Такой ассортимент возможных вариаций давал Apple II несравненное преимущество в бизнес-секторе, где персональный компьютер только начинал набирать популярность в качестве жизнеспособной альтернативы мейнфрейму или миникомпьютеру с разделением времени. Такой уровень возможностей настройки также позволил многим людям впервые поработать с персональным компьютером, потому что к этой машине тяготели школы, медицинские и исследовательские лаборатории, государственные органы и бизнес.


Apple II с некоторыми популярными платами расширения. Слева направо: расширение «языковая карта» с 16 КБайт ОЗУ, плата для 80-стролбцового вывода, плата Z80 и плата контроллера сдвоенного привода гибких дисков. (The HP 9845 Project)

Из 48 тысяч проданных по всему миру в 1977 году компьютеров Apple II совершенно точно был самым узнаваемым и желанным. Его активный маркетинг отодвинул в тень бренды Vector, Ontel, Polymorphic, Heathkit, IMSAI, MITS и Cromemco с более давней историей.

Финансовый успех Apple II и быстрый рост его популярности среди широкой аудитории не остались незамеченными лидерами микропроцессорного рынка. Как только Apple стал уважаемым брендом и увеличил ассортимент самого необходимого ПО, мелкие компании захотели воспользоваться славой Apple. Самыми примечательными из них стала Franklin Computer Corporation, чьё наглое клонирование Apple II под маркой линейки продуктов ACE стало причиной многолетней юридической тяжбы.

Другие компании решили не копировать, но имитировать Apple, ведь в 1978 году количество проданных персональных компьютеров подскочило до 200 тысяч и продажи составили полмиллиарда долларов. Из этой суммы на продажи Apple II пришлось 30 миллионов за 20 тысяч машин; Tandy TRS 80 заработал 105 миллионов, для чего пришлось продать 100 тысяч устройств; PET 2001 компании Commodore заработал 20 миллионов при продаже 25 тысяч компьютеров.

Важной частью успеха Apple был бизнес-рынок, который изначально не рассматривался как основной для Apple II. Причиной этого стала тесная связь компьютеров с очень популярной программой для работы с электронными таблицами VisiCalc, которая в первое время была совместима только с машиной Apple. Привлекательность VisiCalc для всевозможных бизнес-ниш была настолько велика, что её одной вполне было достаточно для покупки компьютера.

С точки зрения потребителей в следующие годы основным стал постепенный прогресс технологий и развитие необходимой для индустрии инфраструктуры. Повсеместно начали использоваться 8-битные процессоры, поддержка и чипы памяти подешевели настолько, что компьютеры стали основным инструментом для множества низкозатратных областей применения. Благодаря расширению ассортимента персональных компьютеров возник избыток ПО, стимулировавший дальнейшие продажи оборудования.

Но прежде чем совершилась революция 8-битных машин, произошла всемирная рецессия и в 1974 году полупроводниковый рынок испытал снижение продаж и средних цен. Крупные компании пережили кризисный год практически без потерь, зато пострадали более мелкие, только начинавшие набирать устойчивость в этом бизнесе, что привело к широкой реорганизации, покупке компаний и новым партнёрским соглашениям.

Одной из серьёзно пострадавших компаний стала AMD. Поскольку она была лишь вторичным производителем чипов, стоимость которых стремительно падала, в тот год рыночная цена AMD упала до 1,5 доллара за акцию, что в десять раз меньше, чем цена в момент IPO. К тому же над компанией нависла угроза тяжбы Intel из-за нарушения прав интеллектуальной собственности на производство её линейки чипов EPROM. AMD отчаянно требовался микропроцессор, продажи которого смогли бы помочь ей продолжить существование и выстоять после судебного разбирательства, которое она неизбежно проиграет.

Компании Intel, в свою очередь, необходим был недавно разработанный AMD чип для выполнения операций с плавающей запятой (FPU) — математический сопроцессор, способный помогать микропроцессу в вычислении арифметических функций. Этот FPU также был связан с более масштабной перспективой доминирования на рынке, поскольку Intel ввязалась в четырёхстороннюю маркетинговую битву с Zilog, Motorola и MOS Tech. Наличие AMD в качестве вторичного источника производства процессора 8085 и его предшественников давало устройству Intel бОльшую долю рынка; столь же важным было и то, что AMD не имела бы права продавать процессоры конкурентов Intel.


AMD стала авторизованным вторичным производителем микропроцессоров Intel 8085. (Фото: CryptoMuseum)

Спустя несколько месяцев двусторонних переговоров было достигнуто соглашение. Intel должна была получать от AMD лицензионные отчисления и штрафные пени за уже продаваемые AMD устройства и получала возможность лицензирования устройств AMD. Сама AMD получала лицензию на 8085, в том числе полный доступ к названию, производственным маскам и право позиционировать свой чип на рынке как полностью «совместимый с Intel».

Чтобы скрепить сделку, компании AMD был предложен микрокод Intel, поскольку представителям AMD сообщили, что в новых устройствах скорее всего потребуется микропрограммирование. В то время этот аспект был не очень важен, но всего через несколько лет он возымеет серьёзные последствия. Будущее AMD теперь казалось намного более надёжным, и было полностью обеспечено благодаря созданному в следующем году совместному с Siemens предприятию. Это случилось после того, как немецкой компании не удалось приобрести Intel в попытке сузить растущий разрыв между мощью американских и европейских интегральных схем.

С точки зрения потребителя рынок персональных компьютеров практически не менялся: поставщики проводили эксперименты, расширяя свои линейки продуктов. Широко распространились 8-битные компьютеры, поскольку программные приложения, совместимые с первой волной машин, помешали победе 16 бит. К моменту, когда для широкомасштабной продажи были готовы первые мейнстримные 16-битные процессоры, количество приложений для операционной системы CP/M, предназначенных для работы на 8-битных машинах, превысило пять тысяч наименований. Ещё три тысячи было написано для Apple II.

В процессе улучшения и повышения сложности микропроцессоров расцвела и структура поддержки. Повысилась плотность памяти, усовершенствование техпроцессов позволило увеличить количество транзисторов, объёмы гибких и жёстких дисков тоже не отставали. Многие аспекты современных персональных компьютеров, которые мы сегодня воспринимаем как нечто само собой разумеющееся, впервые были разработаны центром Augmentation Research Center (ARC) некоммерческой научной организации SRI International под руководством Дугласа Энгельбарта, а позже — Palo Alto Research Center (PARC) компании Xerox.

Работа Энгельбарта по развитию поэлементно-растрируемых изображений напрямую привела к современному интерактивному графическому интерфейсу пользователя (GUI). До него визуальное отображение информации обычно подразумевало активность только последней строки данных на экране. Начало новой строки превращало предыдущую строку в постоянное (или в частично постоянное, если использовался более поздний строковый редактор) хранилище, что мало отличалось от ввода при помощи набора перфокарт.

В системе Энгельбарта интерактивным становился весь экран. Это вызвало необходимость перемещения курсора по экрану, и для решения задачи была разработана мышь. Эти технологии, наряду с копированием-вставкой, гипермедиа (в том числе гипертекстом), экранными окнами, редактированием в реальном времени, видеоконференциями и динамическим подключением файлов были показаны в демонстрации «Mother of All Demos» 9 декабря 1968 года.

PARC усовершенствовала и расширила работы Энгельбарта. Построенная на фундаменте из бумаги компания Xerox быстро осознала, что скоро её вытеснят компьютеры, и офис будущего будет безбумажным. Компания создала PARC для изучения возможных альтернатив на случай, если основной бизнес Xerox начнёт испытывать проблемы.

Computer Science Laboratory (CSL) исследовательского центра PARC находилась под мудрым руководством Боба Тейлора, ранее поднявшимся до должности директора ARPA (сегодня DARPA) и сыгравшего важнейшую роль в создании ARPANET — предшественницы современного Интернета. Изначально CSL была чисто исследовательской программой, проводившей изыскания не ради создания продаваемого продукта, а для более чёткого понимания перспектив.

За первые несколько лет после создания в 1970 году PARC накопил удивительный список достижений: усовершенствование GUI (оказавшее глубокое впечатление на молодого Стива Джобса, посетившего PARC), изобретение лазерного принтера и создание первого компьютера-рабочей станции под названием Alto.

Считается, что Alto был перегружен инженерными излишествами и его часто вспоминают как дорогостоящий провал. Однако учитывая нагрузки, для которых он был предназначен, уровень имевшихся возможностей, язык программирования и чистую стоимость компонентов, составлявшую в 1973 году 10 тысяч долларов за машину, Alto является аналогом современных дорогих рабочих станций. Связанная с системой инфраструктура и вероятная розничная цена в 25-30 тысяч долларов сделали бы её недоступной для домашнего пользователя, если бы она предназначалась для коммерческого выпуска.


Xerox Alto стал первым настольным компьютером, имевшим, среди прочих инноваций, графический интерфейс пользователя.

Alto стал сочетанием всех исследований PARC в одной машине. Также эти машины были связаны сетью внутри PARC и соединены с недавно разработанными лазерными принтерами. Один из побочных результатов этого сетевого подключения стало то, что Alto и принтеры (в которых были собственные терминалы) оказались столь быстрыми, что ограничивающим фактором выполняемого объёма работы были соединения между ними. PARC придумал этому решение, изобретя и разработав для соединения системы Ethernet, создав таким образом первую высокоскоростную компьютерную сеть.

Страница с разрешением 600 точек на дюйм (dpi) могла передаваться по сети со скоростью 2,67 Мбит/с всего за двенадцать секунд вместо требовавшихся ранее 15 минут. Недовольные до конца этим ускорением, учёные PARC сразу же приступили к адаптации Ethernet под 10 Мбит/с. Это было намного больше, чем любые разумные ожидания скорости трафика в ближайшем будущем.

Многие результаты этого творческого эксперимента долгие годы не приносили никакой пользы домашним пользователям и принесли компании меньшую выгоду, чем должны были: руководство Xerox было глубоко погружено в бизнес продажи копиров, не имея общего видения разворачивавшейся революции электроники и слабо понимая её. Пока Xerox создала Alto в качестве внутреннего проекта и начала разработку его последователя Xerox Star по цене 16 тысяч долларов за машину в базовой комплектации, Tandy всего за месяц продала 10 тысяч компьютеров TRS-80 по 599 долларов каждый. Даже более солидный Commodore PET продавался всего за 1 298 долларов.

Ближе к концу 1978 года Apple, Radio Shack и Commodore приобрели нового конкурента: Atari объявила о выпуске моделей 400 и 800. Хотя новые системы начали поставляться только в октябре следующего года, Atari и так уже в значительной степени присутствовала на рынке домашних развлечений со своей популярной консолью Atari 2600.

Игровой потенциал персонального компьютера скоро будет раскрыт такими компаниями, как Avalon Hill (Planet Miners, Nukewar, North Atlantic Convoy Raider) и Automated Simulations (Starfleet Orion), подготовившими широкий ассортимент игр для нового рынка, увеличивавшегося параллельно с успешным существованием аркадных автоматов и консольных игр конца 1970-х. Flight Simulator Брюса Артвика стал первым примером продуманной стратегии дифференциации игр для PC и консолей — Microsoft лицензировала эту игру для рекламы IBM PC и MS-DOS.

Отрасль производства микропроцессоров и в частности персональных компьютеров стабильно продолжали расти и в начале 1980-х. Семена, посеянные почти 20 лет назад, расцвели на рубеже двух десятилетий, но индустрия достигла точки перегиба кривой.

Основной целью полупроводниковых компаний (почти все из которых были родом из США) оставались высокодоходные схемы DRAM. Микропроцессор в основном рассматривался как один элемент из ассортимента чипов, который можно продавать комплектами из нескольких чипов. Intel, а чуть позже и Mostek получали прибыль от продажи памяти. Всё изменилось, когда японские полупроводниковые компании получили кроме американских патентов и авторских прав щедрые налоговые послабления, займы с низкими процентами и государственный протекционизм правительства, отчаянно пытавшегося удержать японскую компьютерную индустрию от падения в пропасть.

Рост доли рынка IBM в Японии привёл к тому, что японское правительство сформировало в 1961 году Japan Electronic Computer Company (JECC) для покупки по щедрым ценам японской электроники с целью удержания отрасли на плаву. JECC была не компанией как таковой, а зонтичной корпорацией, организовавшей японские компании для минимизации конкуренции и максимизации продуктового ассортимента рынка.

Бизнес IBM по лизингу System/360 и 370 вызвал в середине 1960 году новые проблемы для местных японских конкурентов. Местные компании не имели ни опыта, ни инфраструктуры, чтобы на равных конкурировать с «голубым гигантом». В ответ на это японское правительство реструктурировало индустрию, в том числе выделила рынки для отдельных компаний или их синдикатов, также ограничив возможности и потенциал американских компаний в Японии. Эти компании также взяли под контроль в своём сегменте рынка все каналы поставок, от производства до продаж, чтобы увеличить эффективность и помочь в повышении скорости вывода продуктов на рынок.

В середине-конце 1970-х спрос на новые интегральные схемы, особенно в США, рос в среднем на 16% в год, и правительство Японии вместе с электронными компаниями увидели в ИС, а в особенности в прибыльном рынке DRAM идеальную возможность для построения своей индустрии. Поддерживаемые 1,6 миллиарда правительственных субсидий, налоговыми вычетами и займами под низкий процент, а также масштабными частными инвестициями, японские компании принялись за создание предприятий для производства современных ИС. Тем же самым японским компаниям также требовалось повышение импорта производимых в США DRAM для их потребительских и бизнес-продуктов на то время, пока строились их собственные фабрики.

Компании США расширили свою производственную базу, чтобы справиться с увеличением экспорта и в результате столкнулись с огромным перепроизводством, когда на рынке появились японские чипы производства Hitachi, NEC, Fujitsu и Toshiba. Это привело к тому, что всего за год цены на DRAM упали на 90%, и к марту 1982 года чип DRAM на 64 КБ, продававшийся в 1980 году за 100 долларов, стоил всего 5 долларов. Рынок производства памяти США лежал в руинах.


Intel 8088 стал сердцем IBM PC и превратил платформу в отраслевой стандарт. (Grinnell College)

Для Intel память перестала быть основой бизнеса сразу после того, как начали производиться 8-битные/16-битные процессоры 8086 и 16-битные процессоры 8088. Теперь будущее принадлежало микропроцессору и микроконтроллеру. По счастливой случайности, IBM тоже заметила рост отрасли персональных компьютеров и хотя новая возможность не была достаточно привлекательной, чтобы отойти от основного бизнеса компании, она представляла собой рынок, готовый к прибылям и базе новых покупателей. Неожиданное партнёрство скоро изменит маршрут развития персонального компьютера.

Это второй пост в серии из пяти статей. В следующей части мы расскажем о появлении IBM PC 5150 и о том, как Intel превратила платформу x86 в отраслевой стандарт.
Tags: intel motorola ibm apple стив возняк стив джобс atari zilog commodore radioshack
Hubs: History of IT Old hardware CPU
+40
12.1k 66
Comments 17
Ads