Popular science
Brain
1 March 2019

Нейросексизм: развенчание мифа о том, что у мужчин и женщин разный мозг

Original author: Lise Eliot
Translation
Перевод обзора книги нейробиолога Дж. РиппонThe Gendered Brain: The New Neuroscience That Shatters The Myth Of The Female Brain (2019).

Ключевые идеи:

  • Мозг имеет гендерную специфику (т.е. может иметь какой-то «пол») не более, чем печень, почки или сердце.
  • Гендерный мир создает понятие «гендерный мозг».
  • В мозге женщин языковая обработка распределяется НЕ более равномерно по полушариям, чем у мужчин. Раннее исследование было опровергнуто большим метаанализом 2008 года (см. ссылки в тексте ниже).
  • Другие фундаментальные различия мозга мужчин и женщин — в качестве, специфике обработки информации и нейронного устройства — отсутствуют. Различия имеются только количественные и, скорее, обусловлены социальными факторами, чем биологическими. Что подтверждается, в числе прочего, в исследованиях подростковой выборки.

***


В начале своей книги Gender Brain («Гендерный мозг») когнитивный нейробиолог Джина Риппон описывает одно из бесчисленных исследований мозга, объявленных как «наконец-то» объясняющих разницу между мужчинами и женщинами.

Это был анализ магнитно-резонансной томографии (МРТ) 21 мужчины и 27 женщин, проведенный учеными из Калифорнийского университета в Ирвине (R. J. Haier и др. NeuroImage 25, 320–327; 2005).

Крошечное по сегодняшним меркам, это короткое сообщение, тем не менее, получило довольно широкую известность: от газет и блогов до телевидения, книг и, в конечном итоге, конференций по педагогическому образованию и корпоративному лидерству.

Однажды утром в 2010 году я обнаружила особенно неудачную экстраполяцию этого исследования в Early Show — программе американской телевизионной сети CBS. Ведущий, Гарри Смит, обрадовался, когда медицинский корреспондент Дженнифер Эштон заявила, что у мужчин «в шесть с половиной раз больше серого вещества», чем у женщин, тогда как у женщин «в десять раз больше белого вещества», чем у мужчин. Затем последовали очевидные замечания о таланте мужчин в математике и о сверхъестественных способностях женщин выполнять многозадачность. Несмотря на то, что такие различия потребовали бы, чтобы женские головы были приблизительно на 50% больше, или на то, что команда Ирвина даже не сравнивала объемы мозга, а исследовала корреляцию между IQ и показателями серого или белого веществ.

Нейросексизм


История исследований половых различий изобилует неправильными толкованиями, предвзятостью публикаций, слабой статистической значимостью, несоответствующими контрольными группами и т.д.

Риппон, ведущий голос против плохой нейронауки половых различий, раскрывает в этой книге так много примеров, что она использует метафору игры «Ударь крота» (где в автомате перед вами — несколько отверстий, из которых в случайном порядке вылезает крот, и по нему нужно ударять игрушечным молотком, чтобы прятать обратно в нору и тем самым зарабатывать очки — прим. Маргариты Кевац), чтобы подчеркнуть бесконечный цикл все этого.

Исследования мозга преследуют цель выявить различия между мужчинами и женщинами — это публикуется как «наконец-то, правда!», в насмешку над политкорректностью. Другие исследователи обнаруживают раздутую экстраполяцию или фатальные ошибки в дизайне исследований. И, если повезет, ошибочное заявление исчезает — до тех пор, пока следующий анализ не произведет очередной «ага!»-момент, и цикл не повторится.

Как показывает Риппон, эта охота за различиями в мозге «веками активно развивалась с использованием всех техник, которые могла применить наука». И за последние три десятилетия это усилилось еще больше — с тех пор как исследования МРТ присоединились к борьбе.

Тем не менее, как показывает «Гендерный мозг», убедительные выводы о половых различиях мозга не оправдались. Помимо «недостающих пяти унций» женского мозга — о чем злорадствуют с девятнадцатого века — современные нейробиологи не выявили никаких решающих, принципиальных различий между мозгом мужчин и женщин.

В мозге женщин языковая обработка распределяется НЕ более равномерно по полушариям, чем у мужчин. Изначально это было заявлено в небольшом исследовании Nature 1995 года, но оно было опровергнуто большим метаанализом 2008 года (B. A. Shaywitz et al. Nature 373, 607–609 (1995) и I. E. Sommer et al. Brain Res. 1206, 76–88; 2008).

Размер мозга увеличивается с ростом тела, и некоторые особенности, такие как отношение серого вещества к белому или область поперечного сечения нервного тракта, называемая мозолистым телом, слегка нелинейно изменяются в зависимости от размера мозга. Но все это — различия по степени, а не по виду. Как отмечает Риппон, это становится очевидным, когда мы сравниваем мужчин с маленькими головами и женщин с большими головами — и эти различия не имеют никакого отношения к предпочитаемому хобби или зарплате.

История предвзятости


Основная идея Риппон заключается в том, что «гендерный мир создает гендерный мозг». Ее книга стоит в одном ряду с «Inferior» («Низшие») Анджелы Сайни 2017 года и Delusions of Gender (примерно переводится как «Заблуждения о гендере») Корделии Файн 2010 года, в которых искореняется «нейросексизм», пронизывающий попытки понять различия на уровне мозга. Все это — сочные истории, супер-веселое чтение. Если бы только все это было действительно в прошлом… К сожалению, те самые «кроты» продолжают появляться.

Риппон начинает с цитаты 1895 года социального психолога Густава Ле Бона, который использовал свой портативный цефалометр, чтобы заявить, что женщины «представляют самые низшие формы эволюции человека». Заканчивает она историей 2017 года, когда инженер Google Джеймс Дамор общался в блоге с коллегами о «биологических причинах» нехватки женщин на технических и руководящих должностях.

Как показывает Риппон, охота за доказательствами неполноценности женщин совсем недавно перешла в новую форму — охоту за доказательствами «взаимодополняемости» мужчин и женщин. Эта идея гласит, что женщины на самом деле не менее умны, чем мужчины, просто «разные» — в том смысле, в котором они совпадают представлены в описаниях библейских учений и существующем положении гендерных ролей. Таким образом, женский мозг, как говорят, настроен на эмпатию и интуицию, тогда как мужской мозг должен быть оптимизирован для разума и действий.

Именно в этом ключе исследователи из Университета Пенсильвании в Филадельфии разработали широко разрекламированное исследование МРТ 2014 года, которое запечатлело в общественном воображении картину мужского и женского мозга как диаметрально противоположных карт метро: связи у женщин в основном находятся между полушариями, а у мужчин — внутри них (M. Ingalhalikar et al. Proc. Natl Acad. Sci. USA 111, 823–828; 2014). Тем не менее, эта «карта» опускает данные о том, что подавляющее большинство связей в мозге НЕ различались у участников подросткового возраста; также оно не принимало во внимание созревание, связанное с пубертатом и другие значимые факторы.

Культурные пути


Так если это не жесткая прошивка мозга, как мы можем объяснить частые резкие различия в поведении и интересах мужчин и женщин?

Здесь мы подходим к тезису Риппон о влиянии гендерного мира на человеческий мозг. Она основывает свою позицию на четырех частях: от истории исследований половых различий через современные методы визуализации мозга, появление социальной когнитивной нейробиологии и удивительно слабых доказательств половых различий мозга у новорожденных. Риппон показывает, как детские «мозговые губки», похоже, начинают отличаться друг от друга благодаря ярко выраженным культурным аспектам «розового против голубого», которыми они пропитываются с момента пренатального определения пола.

Часть 4 переносит нас в двадцать первый век, хотя и не к счастливому концу. Основное внимание уделяется женщинам в науке и технике, а также тому, как гендерный мир — включая профессионализацию науки и мужской стереотип «гениальности» — препятствуют их вступлению и продвижению в этой высокостатусной области. Талантливые женщины рассматриваются как «рабочие лошадки», а мужчины — как «дикие гении». Это различие, которое дети усваивают к шести годам, согласно исследованию Лин Биан, Сары-Джейн Лесли и Андрея Симпиана (L. Bian et al. Am. Psychol. 73, 1139–1153; 2018). И все это вносит вклад в цикл формирования различий между ожиданиями, уверенностью в себе и принятием риска, которые ведут мальчиков и девочек по разным траекториям карьеры и успеха.

Заключение


Мозг гендерно специфичен (т.е. может иметь какой-то пол) не более, чем печень, почки или сердце.

И здесь Риппон заигрывает с последствиями этого открытия, указывая на растущее число людей, живущих где-то между существующими бинарными гендерными категориями — или приходящих к этому.

Но пока, заключает она, большинство из нас остаются в «биосоциальных смирительных рубашках», которые направляют базово универсальный (если угодно — унисекс-) мозг по тому или иному культурно определенному гендерному пути.

-1
9.7k 20
Comments 93
Top of the day