15 March 2011

Ответы генерального директора ABBYY Сергея Андреева на вопросы читателей Хабра. Часть 3

ABBYY corporate blog
image
Сколково и оставшиеся вопросы.


Расскажите, пожалуйста, о процедуре получения гранта и критериях отбора проектов. Насколько весь процесс и экспертиза кажутся Вам адекватными.

Сейчас все решения относительно инновационного центра Сколково принимаются фактически в закрытом режиме, при участии десятка гигантов. Такое впечатление, что организаторов совершенно не интересует мнение и участие малого и среднего бизнеса. Такое ощущение, что это проходит мимо. Ведь вы и другие компании (например, Яндекс) с чего-то начинали и тоже когда-то были не такой большой корпорацией. 1. Считаете ли вы правильной такую политику? 2. И что бы вы порекомендовали небольшим компаниям, которые полны идей и решимости создать (или уже создали) что-то новое, востребованное и уникальное?

Сергей, расскажите, насколько трудно было попасть в обойму Сколково, через какие препоны вы прошли? Насколько сложны бюрократические процедуры? Каков минимальный порог вхождения: число сотрудников компании, масштаб проекта, уставной капитал компании и т.д.? Хотелось бы услышать развернутый ответ с конкретикой, из которого можно было сделать how to для небольшой российской хай-тек компании разрабатывающей ПО для космических применений. Люди не верят в чудо, и даже не пытаются. Не хватает вдохновляющих примеров на фоне нашей действительности.

Насколько вообще близко к реальности то, что нам обещают в иннограде? По Вашим ощущениям, естественно.


После первых новостей о создании проекта Сколково мы занимали осторожную и сдержанную позицию по вопросу участия в нем. Потом были встречи с разными людьми из команды Сколково. Эти встречи произвели на меня хорошее впечатление своей динамикой, заряженностью на успех, желанием сдвинуть с мертвой точки весьма сложную проблему. Задачу свою (на мой взгляд) Сколково видит в том, чтобы создать модель правильного взаимодействия бизнеса, образования, науки, финансов, и, возможно, государства. Хорошо заметно, что существенной проблемой российской науки является коммерциализация результатов. Кому принадлежат результаты российских ученых? Как их ввести в полезное применение? Кто этим должен заниматься? Кому достанутся результаты коммерческих внедрений? А тем ли вообще занималась наука, если не находится применения результатам? Или нет применения потому, что не хватает специальных кадров на стыке науки и бизнеса? Попытка ответить на эти вопросы порождает еще больше вопросов. Это очевидная головная боль для страны, в которой все еще есть неплохое образование, но которое почему-то не приводит к созданию новых наукоемких предприятий.

Амбициозная задача? Без сомнения!

Когда приходят предприниматели и спрашивают, а чем мне поможет Сколково, у них возникает встречный вопрос – а чем вы поможете Сколково? Потому что для создания этой правильной синергии между бизнесом, образованием, финансами и наукой требуется много очень важных компетенций на стыках этих областей. Требуется желание работать на этих стыках, а не только потреблять льготы и гранты.

ABBYY уже больше 5 лет назад открыла кафедру на Физтехе (МФТИ) и систематически занимается улучшением образования в области Computer Science. Наша цель – сделать на ФИВТе (Факультете инноваций и высоких технологий) самое лучше преподавание Computer Science в России. Для этого мы подбираем современных преподавателей и оплачиваем их труд так, чтобы они оставались в образовании, а не уходили в компьютерные компании. Мы занимаемся подготовкой новых правильных учебных курсов. Мы приводим наших студентов в компанию и даем им интересный НИР. Мы также активно работаем с лингвистическими вузами и кафедрами.

Еще относительно недавно мы занялись работой по улучшению ФГОС (Федеральных государственных образовательных стандартов) по информатике, потому что мы обратили внимание на ухудшение качества подготовки абитуриентов, приходящих в вузы на информатические специальности. Сейчас мы активно участвуем в улучшении предметного содержания по информатике в средней и старшей школе. Надеюсь, в этой части к новому ФГОС претензий не будет.

Мы активно участвуем в работе с иностранными учеными в области компьютерной лингвистики, участвуем в международных научных конференциях и привлекаем иностранных ученых к проведению семинаров в России. Мы сами уже больше 10 лет организуем самую лучшую научную конференцию по компьютерной лингвистике – Диалог – и привлекаем туда ученых со всего мира.

Это не рекламная пауза, как ни странно. Это и есть объяснение, зачем мы идем в Сколково и как нас выбирали.

Мы идем в Сколково, чтобы участвовать во всех срезах этого проекта и помогать ему стать успешным. Мы можем привлечь иностранных ученых в этот проект. У нас есть интересный прорывный проект, который пока еще не стал бизнесом, хотя и не является маленьким стартапом. Мы знаем, как коммерциализировать научные исследования и можем поделиться этим знанием. Мы можем соучаствовать в образовательных проектах Сколково. Вот такое многогранное соединение получается.

Получится все это или нет – сейчас не ответить. Хотелось бы, чтоб получилось, но задача уж очень непростая. Однако команда там сильная, хорошая. Многие люди пришли из успешных бизнесов. И никакой коррупции я там и близко не вижу.

Теперь о практической стороне вопроса. Только без претензий. Говорю на свой взгляд, что считаю правильным. Если не сработает – я не виноват :)

«Я вам не скажу за всю Одессу, вся Одесса очень велика…»

Мы имеем дело с кластером IT. Руководит им Александр Туркот. Вот здесь его интервью. На мой взгляд, лучше из первых уст получить ответ на вопрос о процедуре получения гранта и критериях отбора проектов.

Вот ссылка на информацию по IT кластеру на сайте Сколково.
Там есть подробная информация о том, чем они занимаются, кому и что дали и т.п.

Как вы уже поняли, наш путь в Сколково не всем подходит, потому что сочетает в себе очень много одновременных входов/соединений интересов с этим проектом. Если же говорить о маленькой компании, которых там, предполагается, будет гораздо больше, чем больших, то очень важно, в какой степени удастся вписаться в эту Сколковскую систему координат: бизнес-образование-наука. В первую очередь, важно понять, насколько ваш проект инновационен. Это не праздный вопрос. Модернизацией – то есть улучшением без применения чего-то необычного, прорывного, – Сколково не занимается. Критерий новизны с учетом мировой практики – первостепенен. Объясняется это тем, что всех Сколково к себе принять не может. Может принять только самых перспективных, прорывных, необычных. Поэтому инновация, то есть уникальное по мировым меркам изделие, подход, идея – это ключ. Дальше срабатывает ваша готовность и навыки в образовательной работе. Если вы можете что-то положить на стол в этой области – вы уже очень близки к успеху. Если что-то из вашего предложения (проекта) может быть использовано в работе непосредственно проекта Сколково – великолепно! Тоже надо показать. Есть, конечно, еще одна критическая характеристика – способность инноватора к коммерциализации. Ее тоже надо уметь доказывать.

Дальше, насколько я знаю, – все просто. Заполняется заявка на сайте и отсылается. Насколько я знаю, заявок сейчас очень много, однако мне не известно о том, что много хороших заявок. Чаще всего чего-то не хватает.

Насколько мне известно, кластер IТ Сколково занимается не только крупными западными и российскими компаниями, но и стартапами, и средним бизнесом, а также придерживается режима максимальной открытости. Все проекты презентуются публично.

Если вы уверены, что ваша заявка действительно хороша с точки зрения перечисленных выше критериев, то стоит попытаться найти устный контакт с кластером IT. А дальше все зависит от вас и от качества вашей заявки.

Одним из критериев отбора Экспертной коллегией фонда является условие, что «проект должен привлекать иностранного специалиста, который имеет значительный авторитет в международной исследовательской среде». Можете прокомментировать? зачем это условие и насколько этот критерий важен при отборе соискателя?

Коллеги, на этот вопрос хорошо ответил В.Ф. Вексельберг, читайте здесь.

В обществе отношение к Сколково совершенно однозначное — негативное. Люди не понимают, кому, зачем и почему безвозмездно выделяются гигантские суммы бюджетных (народных) денег. ABBYY же при этом имеет очень хорошую репутацию. Просчитала ли компания репутационные риски, входя в этот проект?

Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Мы полагаем, что Сколково можно сделать так, чтобы проект принес очень большую пользу для страны. Зачем и почему выделяются деньги, я написал выше. Я не считаю, что можно поддержать какое-либо начинание, не выделяя денег. Если есть задача уйти от нефтегазовой зависимости и создать современную экономику, то для решения этой задачи надо что-то делать и на это надо выделять деньги. Если считать, что любое выделение денег – это коррупция, тогда мы попадаем в замкнутый круг: выделять деньги нельзя – потому что коррупция; не выделять деньги нельзя, потому что без них проблему не решить. Что будем делать?

Каковы критерии успешности совместного предприятия в Сколково?

На мой взгляд, целью Сколково в отношении конкретных проектов является создание успешного высокотехнологического международного бизнеса.

Каковы ваши личные впечатления от общения с руководством Сколково? Вы уверены, что это — честные люди, искренне желающие развивать российские технологии и не задумывающиеся о своей прибыли? Что вы думаете в связи с этим о громкой истории перепродажи г-ном Вексельбергом торгового представительства Венгрии в Москве российскому бюджету по семикратно завышенной цене?

Я не вижу интереса к личному обогащению у команды Сколково. Я вижу интерес к решению амбициозной задачи. Та часть команды, которую я видел, – это успешные и умные люди. Я скептически отношусь к сливам компромата в интернете. Я сталкивался с тем, что при детальном рассмотрении содержания таких «источников» слишком часто всплывает поверхностность суждений и многозначительные многоточия вместо реального факта. Делать выводы о человеке по таким источникам, мягко говоря, странно.

Почему Вы принимаете участие в Сколково? Можно ведь было бы просто инвестировать в интересные для Вас стартапы.

Можно участвовать в Сколково и инвестировать самим в стартапы.

Расскажите, пожалуйста, что требуется в России хай-тек фирме с точки зрения общения с госструктурами?

Цинично — кто Вас «крышует»? Как Вы нарабатывали необходимые связи? Какой расход компания закладывает в бюджет, чтобы не иметь проблем с «вертикалью власти»; или, как в Вашем случае, даже с ними «дружить»?

Никаких открытий, я боюсь, не сделаю. Для успешного общения с кем угодно нужно видеть интересы вашего собеседника, его цели. А дальше надо искать способы, в которых ваши интересы и интересы собеседника совпадают. Тогда и возникает тема для совместных проектов. У любого госоргана существуют цели и задачи. С них спрашивают о выполнении этих задач. Если вы помогаете в решении этих целей и задач, то у вас будет успешное общение с госорганами.

Поскольку мы не очень зависимы от госсектора в своих доходах, мы часто выступаем как независимые эксперты по вопросам развития IТ отрасли, по вопросам разных форм поддержки IТ отрасли, по вопросам взаимодействия с другими странами в области IТ, по вопросам информатизации образования.

У нас есть впечатление, что «вертикаль власти» заинтересована в дружбе с IТ компаниями, а не в том, чтобы создавать им проблемы. Это ведь очень странный бизнес. Все связано с людьми. Скважины можно поделить по-новому и при новом хозяине (по крайней мере, в первое время) нефти меньше не станет. А вот с IТ бизнесом все по-другому. Если его атаковать, то просто ничего не останется. Все разбегутся в разные стороны и никакие исходные коды с компьютерами не станут бизнесом.

У меня есть впечатление, что на высоком уровне руководства страны есть понимание необходимости улучшения структуры экономики. Поэтому мы, вроде, союзники. Мы работаем на общую цель.

По Вашему мнению, уровень свежих инженеров-выпускников вырос или упал за последние 10 лет? Где все еще реально найти таланты? Какая Ваша программа по отслеживанию кадров — со школы?

Если под «уровнем» выпускников подразумевать их готовность немедленно приступить к работе, то в общем случае ситуация за 10 лет не очень изменилась. В целом, выпускники к работе не готовы, их знания Computer Science не на высоте.

Именно поэтому мы в 2006 году открыли кафедру ABBYY в МФТИ (подробности – выше). Кроме кафедры в МФТИ ABBYY, естественно, ищет молодых разработчиков и на других факультетах, в других вузах. Мы предлагаем молодым талантливым ребятам достаточно привлекательные условия – достойную зарплату, гибкий график, возможность совмещать работу и учебу, возможность использовать рабочие проекты для тем дипломов и курсовых и самое главное – возможность учиться на практике у своих коллег-профессионалов.

Что касается отслеживания талантливых детей со школы, это очень интересная тема. Мы серьезно думаем над ее воплощением в рамках образовательных проектов ABBYY. Следите за новостями :)

R&D в России за пределами 10-20 крупных компаний — все еще реально, как Вы думаете?

Вполне. Верьте в себя.

Почему не выпускаются десктопные продукты под Linux или я их не нашёл на сайте? Недостаточная доля рынка, сомнения в платежеспособности пользователей, какие-то другие причины?

Вот тут пишут, что планируется выпускать продукты под Linux: www.bigness.ru/articles/2011-01-19/news/121056 Теперь хотелось бы получить подтверждение от главного: правда ли это? И, если правда, то что конкретно и когда планируется выпустить?

Раньше отсутствие версии под Linux объяснялось неперспективностью, т.к. пользователей мало, а значит, нет смысла вкладывать деньги. Сейчас начинается полномасштабный переход государственных организаций на ОС на основе Linux, и вы получили неплохой грант от государства. В связи с этим следующая цепочка вопросов:

1. Будет ли версия ABBYY Lingvo и ABBYY FineReader под Linux?
2. Если ответ на 1-й вопрос «да», то будет ли она полнофункциональной?
3. Если ответ на 2-й вопрос «нет», то почему?

Вот тут
www.rbcdaily.ru/2011/01/18/media/562949979561129 пишут, что «Возможно, правда, немного ограничим функционал по сравнению с оригинальными версиями программ под Windows». Отсюда, собственно, вопрос: как так получается, что [в том числе и] на государственные деньги будет выпускаться программа, функциональность которой под государственную ОС будет урезана по сравнению с другими ОСями?

Мы очень положительно относимся к Линуксу. Никакого предубеждения и дискриминации. Но нам очень важно следить за экономикой своих действий. Есть компании, которые опираются на другие доходы, чтобы бесплатно раздавать опенсорсные продукты. Обычно эта благотворительность составляет микродоли от их больших доходов. У нас пока так не получается. Не накопили финансовой мощи для таких бесплатных проектов.

Сейчас на десктопных компьютерах доля РАЗНЫХ ВЕРСИЙ Linux около 5%. Соответственно, под каждую версию надо приложение портировать и оттестировать, подготовить документацию для поддержки и т.д. Вся эта работа – очень дорогое удовольствие, которое при текущих цифрах проникновения разных версий Linux в массы не окупится.

Если государству удастся СТАНДАРТИЗИРОВАТЬ Linux, как платформу (т.е. если будет сильно снижено разнообразие версий), то мы портируем наши продукты на эту платформу. Поэтому ответ на вопрос по срокам выхода продукта завязан на решения, которые принимаем не мы. При этом есть ощущение, что решения эти, скорее всего, будут приняты и счастью для Линукса – быть!

Функциональность любого продукта для определенной операционки определяется тем, какие потребности пользователей этой операционки он удовлетворяет. Вы же не «новые русские», которым нужен «полный фарш и подороже». Если большинство пользователей операционки не требует все функции продукта, то портировать все функции мы считаем неправильным. Ведь избыточная функциональность вредна – она делает продукт более сложным и тяжелым для изготовления, освоения и использования.

Есть один важный сегмент, где размер рынка вполне значим – это разработчики под Линукс, которым нужны наши библиотеки от ABBYY FineReader. Этот сегмент стал существенным несколько лет назад, и мы выпустили продукт для него – ABBYY FineReader Engine. Он доступен и востребован.

Назовите дату, когда FineReader станет СПО?

СПО в смысле открытых кодов? Не планируем. Много труда вложено в них и хотелось бы разумного вознаграждения за труды. А в смысле формы поставки на Линуксе, когда сама поставка происходит бесплатно, но клиент платит за обновления и поддержку – возможно, сделаем. Зависит от спроса. Появляется заметный спрос – появляется предложение.

Сколько лет увлекаетесь горными лыжами? И какие страны/места предпочитаете?

Уже и не помню. Наверное, лет 15. Мне нравятся Альпы. В Австрии очень душевные деревушки, в них живут люди и сделано все для себя, очень уютно. Во Франции есть хорошие регионы катания, но часто сам курорт – это не настоящее поселение с местными жителями, а такое собрание гостиниц на горе. Уюта меньше. В Италии хорошо кормят и в целом дешевле, но это южная сторона Альп и там часто не хватает снега. В итоге сейчас мне, наверное, больше всего нравится Ишгль. Неплохое сочетание трасс и вне-трасс, уютненько.

Пробовали ли сноуборд и почему выбрали лыжи?

Сноуборд хорош для акробатики, а я для этого уже староват :) Сноуборд хорош для фрирайда, но подготовленный лыжник тоже хорошо себя чувствует в глубоком снегу. Сноуборд менее универсален, чем лыжи. Длинные выкаты – смерь сноубордиста (ну или скажем по-другому – это увлекательная неспешная прогулка по свежему воздуху и красивому пейзажу). И я чувствую себя очень дискомфортно со связанными ногами. Это, наверное, очень субъективно.

Лауреат Премии Правительства РФ в области науки и техники. Это вам дали за труд ваших программистов?

Я тоже на работу хожу :) И не только бумажки подписываю. Пробовали когда-нибудь управлять компанией интеллектуалов размером в тысячу человек?

А правда, что технологии распознавания в будущем будут использоваться для управления Боевыми Человекоподобными Роботами?

Наверняка.

Часть 1. ABBYY Compreno
Часть 2. Грант
Tags:ABBYYСколковонаукаобразованиефизтехLinuxfinereader
Hubs: ABBYY corporate blog
+10
9.9k 9
Comments 50
Top of the last 24 hours