14 March 2011

Ответы генерального директора ABBYY Сергея Андреева на вопросы читателей Хабра. Часть 2. Грант

ABBYY corporate blog
Уважаемые читатели и писатели Хабра!

Перед ответами на вопросы о гранте я решил опять сделать вступление, чтобы опереться на очень важный фундамент.

Давайте разберемся с целями государства в области IT сектора экономики. Думаю, что правильная цель звучит примерно так: IT сектор рассматривается как один из 5 чрезвычайно важных секторов экономики, требующих ускоренного и даже опережающего развития. Конкретной задачей на этом фоне является ускоренное создание новых и развитие существующих отечественных IT компаний, конкурентоспособных на мировом рынке.

Если это утверждение кто-то оспаривает, то лучше обратиться в Общественную палату и в Комиссию по модернизации при Президенте РФ, и спорить с ними. Аргументируйте, возражайте, предлагайте другие отрасли. Это точно не к нам и не для этой дискуссии.

Если согласие по вышеуказанному вопросу есть, то давайте обдумаем, а что собственно делать для ускоренного развития существующих и создания новых IT компаний? Чем поддержать? Чем стимулировать? Если сюда сейчас придут сторонники свободного рынка, которые скажут, что нет ничего лучше рынка для развития конкурентоспособных IT компаний, то я, извините, не соглашусь. Потому что свободный рынок сегодня имеет существенную особенность. Он открыт для гигантских международных компаний, которые в сотню раз больше самых успешных российских IT компаний. Свободная конкуренция между слоном и мышью – это лукавство. А, точнее говоря, это борьба за сохранение текущего статуса кво. Кто-то хочет за это бороться?

Итого – для поддержки и стимулирования нужны нерыночные меры и преференции. А значит, предстоят расходы из бюджета или внебюджетных фондов. Поэтому ПО ЛЮБОМУ расходы будут, и кто-то получит какие-то средства от государства. Если кто-то не может с этим жить, и требует исключительно рыночной «поддержки» без расходов из бюджета, то ему надо найти мир с самим собой. Ибо не бывает поддержки без расходов. Поэтому – либо поддержка и стимулирование (с расходами), либо рынок.

Также совершенно понятно, что при условии правильного выбора адресата поддержки, чем более большими и «нерыночными» будут меры поддержки, тем более существенным будет результат. Дадите чуть-чуть – тоже хорошо. Где-то кому-то станет чуть-чуть лучше. Дадите больше – разумно ожидать большей отдачи. Мы не забываем ни на минуту про цели мероприятия – создание нового или развитие существующего IT бизнеса. То есть, выбирая меры поддержки, мы, конечно, должны тщательно анализировать, куда идут средства, как используются, на что и где расходуются, какие перспективы отдачи от такой поддержки.

То есть на самом деле ключевым вопросом является не степень нерыночности, а правильный выбор объектов стимулирования и набор разумных условий, накладываемых на объект стимулирования.

Если вы считаете, что среди 10 компаний, уже получивших гранты в Сколково, есть недостойные, — тогда аргументируйте и предлагайте экспертам Сколково более достойных.

Если же на самом деле кто-то не хотел никого стимулировать, тогда зачем сейчас обсуждать конкретный грант конкретной компании – надо обсуждать нецелесообразность нерыночных мер в принципе. Их много, и размеры их существенно превышают 475 млн. руб. Нецелесообразно хвататься за столь мелкую мишень. Вспомните про нерыночные цены на газ внутри страны, вспомните про целевые дотации из бюджета и резервных фондов тонущим предприятиям, происходившие в 2009 году. Чего же из пушки по воробьям? Гулять, так гулять! А вот если гулять не хочется, тогда не стоит общественность будоражить. Смысла не видно.

Вот, собственно, таков и есть фундамент, на котором строятся решения вокруг этого гранта:
  1. Требуется поддержка отечественной IT индустрии.
  2. Поддержкой являются только нерыночные действия, то есть сопряженные с расходами (или недополученным доходом) налогоплательщиков.
  3. При нормальном контроле и разумных критериях отбора — чем больше потратим, тем больше поддержка, тем больше результат.
  4. Доверяем выбору Сколково по списку предоставленных грантов, либо предлагаем своих более достойных.

Дальше будут ответы на более детальные вопросы, которые, надеюсь, снимут оставшиеся неясности по поводу гранта.

Это не последний блок ответов на вопросы. В ближайшее время опубликую оставшуюся часть.

Каким образом компания добилась выделения денежных средств?

Мы подали заявку в проект Сколково. Эксперты оценили эту заявку и решили, что она достойна софинансирования со стороны фонда Сколково. Я полагаю, что наша заявка была признана соответствующей целям и задачам Сколково, потому что результатом работ, которые проведет компания «Аби Инфопоиск» должны стать технологии и продукты, не имеющие мировых аналогов и способные создать очень большой и качественный бизнес, успешный на международной арене.
Важным анализируемым фактором является готовность бизнеса соинвестировать в этот проект суммы, не меньшие, чем инвестирует фонд Сколково. Этот фактор присутствует и сильно снижает риск фонда потратить деньги впустую.

Еще одним важным фактором является оценка потенциала коммерциализации. Здесь очевидно был принят во внимание опыт ABBYY по продаже наукоемкой продукции на мировых рынках.

Важно то, что интеллектуальная собственность, возникающая в этом проекте, будет принадлежать российской компании – резиденту Сколково. Значит, и прибыль будет также оседать в этой компании. Деньги фонда и деньги компании-соинвестора (ABBYY) будут потрачены в России, прежде всего, на оплату труда наших отечественных специалистов.

А вот бету надо бы показать, а то у многих спецов есть сомнения.

Но теперь ситуация полностью изменилась. Акционерами стали все наши налогоплательщики, и, следовательно, все общество.

По этой причине Вы обязаны публично:

1. Продемонстрировать вашу бету. Или дать подробный отчет о тестах.
2. Выкатить разумный план-график со сроками, майл-стоунами и т.д.
3. Выпускать отчеты о потраченных средствах


Сомнения объяснимы. Задача, на которую мы замахнулись, пока никем в мире не решена. Технологических рисков и проблем на всех этапах разработки очень много. Но спецы, которым мы это показываем, при стартовом скепсисе остаются удовлетворены уровнем развития технологии и одобрительно говорят: «Верной дорогой идете, товарищи».

Акционерами ABBYY наши налогоплательщики не стали. Это преувеличение. Многие данные из запрашиваемых Вами для публикации пока конфиденциальны. Мир состоит не только из добрых людей, и не все желают нам успеха. Даже акционерам мы не обязаны демонстрировать бета-версии и давать подробные отчеты о тестах, если у них мало акций. План-график с майлстоунами, конечно, есть, и его «выкатили» в договор о финансировании. Поэтому, люди, своей головой, а не репутацией на Хабре отвечающие за деньги, его видели и контролируют.

Регулярные отчеты и аудит в договоре есть. Чтобы сделать позицию по проекту более открытой, мы можем предложить небольшой расчет.

Любой бизнес платит налоги, которые идут в бюджет государства. И хотя Сколково дает существенные льготы по налогам, давайте оценим, сколько же денег вернется государству от проекта.

Расходы проекта складываются, в основном, из зарплаты и прямых закупок (аренда помещений, связь и компьютерная техника). Зарплата — это самый большой расход, существенно больше половины всех расходов. С фондом заработной платы связаны два налога — взносы в социальные фонды (ставка Сколково — 14% с первых 463 тыс. руб. зарплаты на каждого сотрудника) и подоходный налог (13%). Все хозяйственные расходы компании содержат в цене НДС по ставке 18%, который для резидента Сколково не может быть возмещен, т.е. в полном размере уплачивается в бюджет. Также сотрудники компании, тратя свою зарплату, тоже уплачивают НДС на большинстве своих покупок.

Нижеприведенные цифры примерно соответствуют нашим планам по данному проекту.

Количество сотрудников — около 250.
Зарплата на руки для большей части сотрудников — от 50 тыс. руб. до 80 тыс. руб. в месяц.
ФОТ — 221 млн. руб. в год (включая НДФЛ).

Бюджет проекта на три года складывается из 475 млн. руб. от фонда и 475 млн. руб. от ABBYY. То есть в год расходный бюджет составит 317 млн. руб. Суммарные налоги от проекта составят примерно 86 млн. руб. в год:

  • 16.2 млн. – взносы в пенсионный и прочие фонды,
  • 28.8 млн. – НДФЛ,
  • 12.1 млн. – НДС на закупленные компанией услуги (аренда, оборудование и т.п.)
  • 29.4 млн. – НДС, оставляемый российскими сотрудниками в российских магазинах от 192 млн., выплаченных им на руки.


Эта сумма будет расти с годами прямо пропорционально росту бизнеса (мы оцениваем по минимуму и роста бизнеса в расчете не учитываем).

Суммарные инвестиции государства в проект – 475 млн. руб. Эта сумма почти полностью вернется в бюджет за 5 лет только за счет налоговых поступлений. С 6 года и далее компания будет приносить чистую прибыль бюджету.

Насколько выгодно такое вложение с финансово-инвестиционной точки зрения? Чистый возврат средств для государства составляет около 20% в год. При этом работающий бизнес, по сути, гарантирует защиту от инфляционного сжимания базы инвестиций. Получается, что государство приобрело инструмент с прибыльностью 20% и защитой от инфляции. Для сравнения, денежные бонды с защитой от инфляции дают 3-4% годовых. Для частных прямых инвестиций доход портфеля, превышающий 10-15%+инфляция, – это большая удача.

Таким образом, даже если полностью отвлечься от стратегических, социальных и прочих выгод развития высокоинтеллектуального бизнеса в России, грант успешному предприятию в режиме 50 на 50 с частным инвестором – это очень выгодное вложение средств для государства.

Станет ли разрабатываемый на деньги государства/налогоплательщиков проект общественным достоянием? Имеет ли государство право пользоваться вашими наработками (новыми) после получения вами гранта? Будут ли доступны налогоплательщикам исходные коды?

Хочу напомнить финансовую предысторию проекта. Мы уже вложили в него более 1000 человеко-лет, которые оцениваем примерно в 50 миллионов долларов. Мы собираемся вложить еще около 16 миллионов долларов (474996000 руб.), и фонд Сколково вложит еще около 16 миллионов долларов (474996000 руб.). То есть пропорция получается примерно 66 к 16. В таких условиях говорить о бесплатных раздачах всего, что мы делали, делаем и будем делать, кажется преждевременным.

В предыдущем топике про Сколково звучали обвинения в адрес ABBYY, что делаете закрытый продукт на деньги с налогов (это про этот грант), как вы можете прокомментировать эти высказывания.

Известно, что развитые государства стремятся субсидировать те стратегические отрасли бизнеса, которые приносят долговременное общественное благо. Например, способствуют повышению конкурентоспособности страны, улучшению экологии, повышению занятости населения и т.д. Например, английское правительство через Carbon Trust www.carbontrust.co.uk/Pages/Default.aspx безвозмездно перечисляет внушительные суммы компаниям, развивающим в стране возобновляемую энергию (солнечную, ветряную). Европейский союз через проект CORDIS cordis.europa.eu/home_en.html распределяет безвозмездные гранты компаниям, разрабатывающим технологии в ключевых областях, и так далее.

ftp.cordis.europa.eu/pub/fp7/docs/financialguide_en.pdf, стр. 71. Тут написано, в каком объёме производится финансирование. На исследование и разработки выделяют не более 50% или 75%. 75% получают неприбыльные организации, SME, университеты, исследователи. Коммерческие компании получают 50%.

cordis.europa.eu/documents/documentlibrary/91594641EN6.pdf Этот документ полностью посвящен описанию использования прав на полученные исследования. Основной принцип написан в 4.1 на стр.7. В нём сказано, что права принадлежат тем, кто создал результат. Выдавать вне проекта кому-либо что-либо не обязательно. Внутри проекта права должны быть выданы в соответствии с правилами ведения проекта, чтобы проект был исполнен.

Цель Сколково – повышение глобальной конкурентоспособности России в области высоких технологий. Для достижения этой цели используются различные способы поддержки, в том числе и выделяются гранты, которые подстегнут создание технологий, выводящих Россию вперед на мировом IT-рынке. Бесконечно зависеть от цены на нефть нельзя.

Во вступлении к этому посту я постарался предельно ясно сформулировать дилемму. Она в том, что, либо мы поддерживаем правильно выбранные проекты, либо не поддерживаем. Уже понятно, что среди читателей есть люди, стремящиеся к более сдержанной поддержке. Ну, например, к инвестиционным деньгам. Но решали не они, и решение было принято другое.

Является ли это решение поддержкой? – Да.
Оно полезно получателям? – Да.
Оно ведет к решению поставленной экономической цели страны? – Да.

Если подумать, есть ли разница между грантом и инвестицией в бизнес, который не пришел к успеху, а разорился, то понятно, что разницы нет. Деньги потрачены, и вернуть их невозможно и в случае гранта, и в случае инвестиции. Есть ли разница между грантом и инвестицией, если бизнес успешен? Есть. При инвестиции можно вернуть деньги, продав акции. Однако здесь важен не сам факт, вернешь ты эти деньги или нет, а другое – успешность бизнеса. Поэтому, если уж он успешен, то, как показал расчет выше, даже по самым консервативным оценкам деньги вернутся государству очень быстро. А рискованный изначально, но успешный бизнес получит премию в виде гранта. Но с другой стороны, решать, конечно, государству.

Почему эти деньги выгоднее вкладывать в ABBYY, а не, например, в гранты для научных проектов студентов?

Не выгоднее ли вложить этот грант в разработку чего-то с нуля, сделать продукт, продавать, часть средств вкладывать в развитие старого, другую же часть вкладывать в новое?


В нашем случае на фоне упадка финансирования науки в стране это знамя (науку) подхватывает коммерческая компания, которая ведет фундаментальные прорывные исследования с высокими прикладными перспективами. В команде ABBYY в России работают аспиранты, доценты, 31 кандидат наук и 3 доктора наук! Тянет на целое подразделение НИИ! На этом фоне поддержка государством такого грандиозного почина не кажется странной. Государство заинтересовано в эффективной науке? Вот она! При этом государство обычно финансирует науку на 100% и совершенно не уверено в результате. А здесь бизнес уже профинансировал проект на 50 миллионов USD и профинансирует еще на 16. Государство же вложит $16 миллионов (474996000 руб.). Таким образом, вырисовывается пропорция 16 на 66 при высоком потенциале коммерциализации, чего очень трудно ожидать от обычных научных исследований. После этого трудно сказать, что это плохая модель развития науки. Воспроизвести ее, конечно, будет непросто. Не видно пока других подобных коммерческих проектов.

ABBYY с поддержкой Сколково не только создает рабочие места для умных людей (которые бы легко нашли работу за рубежом). Благодаря проекту Compreno в России повышается общий уровень знаний, компетенции в крайне перспективной области – прикладной лингвистике. А это подстегивает создание в России бизнесов, применяющих и развивающих эти технологии. В итоге это подталкивает российский экспорт интеллектуальных продуктов.

Выгоднее или невыгоднее вложить деньги в студенческие проекты, в разработку чего-то с нуля? Трудно сказать. Вы пробовали быть инвестором в высокотехнологические бизнесы? Инвестор хочет успеха. Кейсов со студентами и с проектами «с нуля», в которых вероятность успеха высока – до обидного мало. Основная проблема у фонда Сколково, на мой взгляд сегодня связана не с тем, что слишком много претендентов, а с тем, что слишком мало тех, кому деньги дать хочется. Проектов вроде много, но у каждого есть какие-то существенные слабые места. В нашем случае вероятность успеха высока.

Вы получаете финансирование (как значится в документах на i-gorod.ru) на этапе коммерциализации. Правильно ли я понимаю, что технология разработана, и деньги вы получаете для «упаковки» и продажи этой технологии?

Конечной целью, конечно, являются коммерчески успешные продукты. Но целью финансирования является разработка новых технологий и продуктов. Это точно не «упаковка» и продажа. Более того, компаниям-резидентам Сколково разрешена только научно-исследовательская деятельность, а не разворачивание комплекса маркетинга и продаж. Это ресечерская компания и грант выдается только на эти цели.

Интересно, какую отчетность и как часто придется предоставлять в Сколково. Есть ли какие-либо привязанные к плану критерии успеха, по которым ABBYY придется отчитываться?

  1. На сегодняшний день мы не получали от фонда Сколково 475 млн. руб. Мы получили 79 млн. 166 тыс. руб.
  2. Мы вложили свои 79 млн. 166 тыс. руб.
  3. По истечении полугода мы должны предъявить список продуктов и/или их компонентов и технологий с конкретными измеримыми качествами.
  4. В случае успешного прохождения контроля мы получим следующие 79 млн. 166 тыс. руб от фонда и добавим свои 79 млн. 166 тыс.
  5. Каждые полгода происходит аналогичный контроль и принятие решения о целесообразности перечисления очередной порции финансирования.
  6. Контролируется также на что и где были потрачены деньги.
  7. По договору мы должны создать ряд продуктов в области перевода текстов и поисковых технологий. Если мы их создадим и представим, значит, деньги были потрачены целевым образом и привели к запланированному результату (готовые продукты или их модули).


Контроль над этим фондом колоссальный, так как весь проект Сколково находится на контроле лично у Президента и очевидно очень важен с точки зрения ближайших перспектив.

По сообщениям Сколково для ABBYY выделено 474996000 рублей. По вашим словам, сказанным журналисту Cnews, компания получила 450000000 рублей. Журналисты, как всегда, плохо расслышали, не поняли, специально подгадили? Или вы ошиблись? Или почти 25 млн рублей немножко испарились по ходу дела?

В интервью CNews цифры округлили. Поcкольку ABBYY ведет международный бизнес, и большую часть своих доходов мы получаем на международных рынках, у нас внутренняя учетная валюта – доллар. Курс доллара в последнее время быстро менялся и оценочные суждения не уследили за этой динамикой. Мы всегда оценивали это финансирование примерно в 15 миллионов долларов. Вот и ошиблись с округлениями на фоне быстро меняющегося курса. Объем финансирования проекта составляет 474 996 000 рублей. Эта информация есть и в официальных источниках Сколково: www.i-gorod.com/participants/ooo_abi_infopoisk

Пилить планируете или только честный труд? :D

Только честный труд. Коллеги, в этом проекте все на виду. Тут ни копейки нельзя потратить неправильно. Тут основные беспокойства должны быть связаны скорее с гиперконтролем, чем с коррупцией.

Считаете ли вы правильным и нормальным, что «материнская» компания получателя государственного гранта зарегистрирована на Кипре? Зачем нужна сложная и бессмысленная схема владения компанией ООО «Аби ИнфоПоиск» (сначала два других ООО, а потом — кипрский офшор)? Как это сочетается с принципами открытости бизнеса и честного ведения дел?

Очень достойный вопрос. Но на него есть не менее достойный ответ. Российские компании группы ABBYY всасывают доходы из-за рубежа, а не выводят российские доходы за рубеж. До 2010 года действовал налоговый спецрежим для компаний-экспортеров ПО. Мы под него проходили и им пользовались. Критерием применения спецрежима было, в том числе, не менее 70% экспортной выручки в общем объеме выручки.

Мы работаем насосом, закачивающим средства внутрь России. Мы их здесь тратим на зарплаты умным людям, налоги, аренду, приобретаемые услуги и т.д. В этом наше главное отличие от международных компаний. Мы здесь живем.

Если компания занимается международным бизнесом, она должна строить международную структуру. Все международные компании имеют офисы в разных юрисдикциях, не нарушая законов… Обычным требованием международных инвесторов является легальный головной офис за пределами России. У нас в миноритарных акционерах с 2002 года есть иностранный венчурный фонд – Mint Capital.

Как еще можно было регистрировать новую компанию, входящую в международную группу? Использовать в качестве учредителя непосредственно кипрскую компанию? Регистрация заняла бы примерно втрое большее времени. Если не видеть везде негодяев, то на все вопросы можно найти очень простые объяснения.

Согласно инвестиционному договору полученные деньги должны быть потрачены исключительно в России для целей разработки ПО. Примерный бюджет приведен выше. IP rights должны остаться в этой компании. Говоря о налогах в России и о компании «Аби Инфопоиск», надо отметить, что налоговый режим в Сколково лучше, чем на Кипре, Багамах, Каймановых островах и где бы то ни было еще. Выводить прибыль из Сколковской компании куда бы то ни было не имеет смысла. Если же мы 10 лет будем делать успешный бизнес в Сколково, то не остается причин для тревог. Все хорошо: прибыль в России, рабочие места – в России, IP rights – в России. А что будет после 10 лет, не знает никто. Но скорее всего мир изменится, и оргструктура многих компаний, в том числе и компании ABBYY, изменится настолько сильно, что предполагать сегодня об этом что-либо совершенно невозможно.

Также было очень важно использовать для резидентства в Сколково совершенно новую компанию. Она прозрачна, ее гораздо легче контролировать и проверять.

Написал это и решил продолжить небольшое расследование. Если компания верит в Россию, то наверное и патенты у нее зарегены на российскую контору, логично? Я поискал на uspto.gov и нашел вот это: www.uspto.gov/web/patents/patog/week41/OG/html/1359-2/US07813011-20101012.html «Assigned to ABBYY Software Ltd, Nicosia (Cyprus)». Хм, та самая компания, зарегенная на Кипре.
почему? Да потому что только дурак будет держать интеллектуальную собственность в России. А ABBYY — не дураки. Но и не патриоты.


Патенты в области ПО важны только в Америке. Именно там совершенно необычная легальная система, которая позволяет патентовать довольно очевидные вещи и агрессивно использовать эти патенты либо для троллинга успешного бизнеса, либо для атаки конкурента. В Европе и России такие случаи очень трудно вспомнить. Поэтому фокус патентования для международного бизнеса по продаже ПО, конечно, сильно сдвинут в сторону получения патентов в США. А есть ли какой-то особый смысл регистрировать американские патенты на российскую компанию? Обычно – нет. Ну и, кроме всего, прочего Mint Capital предпочитал «складирование» IP Rights в более привычной юрисдикции.

Тем не менее, есть два очень важных замечания к этому ответу.

  • По договоренности со Сколково мы будем размещать все патенты и все права на продукты и технологии, связанные с проектом ABBYY Compreno в нашей Сколковской компании.
  • Размещение американских патентов в зарубежной компании не отменяет ранее сказанного факта о том, что российские компании группы ABBYY вкачивают ресурсы в страну и тратят их здесь на разработку, а не наоборот. Сама по себе легальная структура ни о чем не говорит. Она решает много разных задач. Для рассмотрения факта российского происхождения критически важны направления финансовых потоков. А они подтверждаются публично нашим статусом экспортера и контролируются налоговой при применении ранее активного спецрежима.


А патриотизм, по-нашему, это не когда флагами машут, а, когда у тебя есть выбор из вариантов, среди которых есть полезный для страны, бесполезный и вредный, и ты выбираешь полезный. В этом смысле, мы – патриоты. А выбор у нас есть, вы уж поверьте.

Кто-то только делает, а кто-то уже сделал и ждал этого гранта для наработки базы, которую без него составлять ещё лет двадцать своими силами. А уж такая компания могла бы и сама проектом заниматься со своими ресурсами, не отнимая их у тех кому они реально нужны.

У меня отчасти близкий проект, правда часть ваших проблем уже решена ) Подход на основе единого языка сущностей это отлично, но лет через 5 когда будет большая база до вас дойдет что в нем кое-чего не хватает, на что я напоролся в свое время.


Вам этот грант вряд ли подходит. Вы ведь, наверное, не готовы положить 16 млн. USD на стол. А кроме всего прочего, может стоило подать свой проект в Сколково? Может, то, чего Вы ждали так долго, лежит и ждет Вас?

Не стыдно ли вам брать деньги от жуликов и воров?

Мы видели в России чиновников, которые не берут деньги. И если кто-то не может с этим жить, то ни мы, ни кто-либо еще не сможет ему помочь, потому что он живет в вымышленном и очень плохом мире. А мы живем в другом мире, и в нашем мире можно получить такие деньги, использовать их для дела, не своровать, не откатить и добиться успеха, которым потом будет гордиться вся страна. В каком мире жить вам — выбирайте сами!

На днях стало известно, что певица Бейонсе направила на благотворительность миллион долларов, полученных ею от ливийского диктатора Каддафи несколько лет назад. Как скоро вы начнёте рассказывать, что ничего не знали о тех людях, у которых берёте деньги, и на какие благотворительные цели направите $16 млн?

Вам не стыдно брать деньги у государства, которое цинично держит в тюрьме своих критиков по надуманным обвинениям, пытками убивает финансового юриста, способствует воровству миллиардов рублей у западного инвестфонда? У государства, где только по официальным данным, озвученным президентом, сумма откатов от госзаказов составляет триллион рублей в год?


У вас есть паспорт гражданина России? Вы платите налоги в России? Если да, не считаете ли вы это компромиссом с совестью? Вы пробуете перевести эту дискуссию в политическую, но я этого не хочу. Мои оценки российского государства не столь полярны, как Ваши, и я считаю, что если мое государство делает что-то правильное и полезное, то сотрудничать с ним можно и нужно. Наша компания не могла бы возникнуть в США или в любой другой стране. Наша компания могла возникнуть только в России/Советском Союзе. Т.к. мы существуем не только благодаря 20 годам упорного труда, но также благодаря Научной школе с большой буквы. Мы существуем благодаря МФТИ и еще десятку лучших вузов страны, благодаря нобелевским лауреатам Ландау, Капице, Семенову и другим, которые создавали МФТИ и участвовали в создании других лучших ВУЗов нашей страны. 700 сотрудников нашей компании из более чем тысячи живет и работает в России. 99% наших инженеров и ученых родились и работают в России. Это наша страна. И мы патриоты нашей страны. И патриотизм мы видим в том, чтобы делать свое дело лучше всех в мире. Мы посвятили этому свою жизнь и добились того, что нашими технологиями гордится Россия. Сегодня технологиями ABBYY FineReader и ABBYY Lingvo пользуется более 30 миллионов человек в 130 странах мира. Мы работаем над прорывными технологиями, которые позволят людям всего мира понимать друг друга, общаясь на разных языках. И, когда мы этого добьемся, этими технологиями будет пользоваться 300 миллионов человек во всем мире. И каждый россиянин будет гордиться тем, что эти технологии созданы в России, так же, как и каждый американец гордится, что компания Apple, Google и Microsoft появились в США. Еще раз повторюсь, я считаю, что если мое государство делает что-то правильное и полезное, то сотрудничать с ним можно и нужно.

Вы состоите в партии «Единая Россия» — партии жуликов и воров? А Давид Ян?

Нет, ни я, ни Давид, не состоим в Единой России. Каждый должен заниматься своим делом. Мы занимаемся тем, что умеем делать действительно хорошо.

Очевидно, что расплатой за эти деньги будет часть прибыли, рассматривали ли вы иные варианты, насколько это предложение было близко к другим вариантам приема инвестиций? Это было исключительно финансовое решение или были дополнительные причины воспользоваться именно этим предложением, например, помочь государству продемонстировав, что идея Сколково жизнеспособна, получив скидку на взятки/откаты плюс дополнительный административный ресурс для зашиты от них или закрепить свою репутация первопроходцев инноваторов у российской аудитории и т.п.?

Мы очень избирательны в получении инвестиций и не готовы брать деньги на любых условиях. Финансовая поддержка от фонда Сколково выгоднее других возможных способов финансирования нашей работы по этому проекту.

Продолжение следует
Часть 1. ABBYY Compreno
Часть 3. Сколково, Linux и остальные вопросы
Tags:ABBYYcomprenoтехнологиинаукаобразованиеСколковогрант
Hubs: ABBYY corporate blog
+51
15.5k 11
Comments 112
Top of the last 24 hours